Поэзия, конечно, влияет на человека. Влияет со всех сторон: и биологической, и духовно-нравственной. Исследований на тему того, как стихи влияют на мозг, не так много, и без должного погружения написанное в статьях из поисковой выдачи невозможно подтвердить или опровергнуть.
Много информации про «британских учёных», которые выяснили при помощи фМРТ, что происходит с человеком при прослушивании поэзии. Состояние мозга похоже на то, что он испытывает при отдыхе. Задействованы участки, связанные с интроспекцией, то есть погруженностью в себя – это положительно влияет на психологическое состояние (я немного об этом писала в прошлом номере «Бермуд»).
Ценного философского в открытом доступе на тему поэзии оказалось намного больше. Готовясь к написанию этой статьи в «Бермуды», я прочитала «Воспитание поэзией» Евгения Евтушенко – поэта, творчество которого я всей душой люблю и даже когда-то давно была на его концерте в Доме молодёжи «Царскосельский».
Вот особенно ценные мысли, которые я оттуда взяла:
«Есть люди, которые говорят: "Я читать люблю... только не стихи". Тут кроется неправда человек, не любящий поэзию, не может по-настоящему любить и прозу, воспитание поэзией – это воспитание вкуса к литературе вообще».
«...воспитание поэзией вообще неотделимо от воспитания фольклором, и сможет ли почувствовать красоту поэзии человек, не чувствующий красоту народных песен?». (Тут мне вспомнился один мой близкий человек, который поэзию не понимает, но частушки очень любит – с ним не всё потеряно, значит?).
«Наша поэзия, если она не сбивается ни в сторону бодряческого приукрашивания, ни в сторону скептического искажения, а обладает гармонией реалистического отображения действительности в её развитии, может быть живым, дышащим, звучащим учебником истории».
Кажется, Евтушенко писал больше о советской эпохе, а я творю в нашей, но согласна с автором. Поэзия – форма отражения нашего бытия. Как написала Вера Полозкова ещё в 2014: «Скоро снова грянет большая литература и кинематограф». История циклична, к счастью или к сожалению. Философские пароходы стали больше самолётами и поездами, подпольный самиздат – отбивками иноагетов на YouTube и капсом в публикациях, предваряющих записи в «нельзяграмах».
Думаю, поэзия может повлиять и на свободу человека, поэтому я стала писать всё реже и больше про нейтральное или глубокое, но внутреннее, не касаясь эпохи. Эпоха влияет на свободу выражения мыслей, мысль становится извилистее и менее прямолинейной – а это уже её отражение, той самой эпохи. Это уже про: «Ну умеют же у нас писать! Умеют!».
Особенно это умение проявляется, когда сложно и страшно.